Бар "Старый мельник". Политическая роль
Читайте также:
  • Бар «Старый Мельник» - хорошее место
  • Конец разнообразия?
  • Обшивка балкона вагонкой


  • Политическая роль

    Если американцам в целом сложно увидеть политическую ценность третьих мест, то это отчасти потому, что они пользуются огромной свободой ассоциаций. В тоталитарных обществах верхушка остро осознает политический потенциал неформальных мест для встреч и активно препятствует их существованию. С детских лет помню, как некоторые старожилы немецкого происхождения обсуждали гитлеровский запрет на собрания в количестве более трех человек по углам улиц немецких городов и поселков. Моя коллега, которая недавно путешествовала по Советскому Союзу, отметила страх русских перед высказываниями даже на неформальных собраниях. Самое открытое самовыражение, которое она видела, произошло у дороги, когда экскурсионные автобусы остановились в чистом поле и мужчины и женщины пошли в кусты по противоположным сторонам дороги вместо посещения уборных.

    Продолжение ...

    Агент контроля и сила добра

    Третьи места, особенно те, где продаются алкогольные напитки, редко признаются агентами социального контроля и силами добра в американских сообществах. И действительно, чем более пуританским является общество и чем сильнее давление максимизировать производительность его рабочей силы, тем сомнительнее в нем отношение к «бесцельному общению» и местам, его поощряющим. Однако с разрушением замкнутой общинной жизни и параллельным возникновением поистине разрушающих сообщество сил роль третьих мест может получить более благосклонную оценку.

    Продолжение ...

    Привычка к общению

    Третьи места выполняют более широкую функцию, чем просто активизация политических процессов в сообществе. Третьи места породили другие формы связи и взаимодействия с сообществом, которые в конце концов стали сосуществовать с ними. Свобода собраний, как писал де Токвиль, является «самой естественной для человека». Не многие понимают и ценят то, каким образом право на свободу собраний практикуется и внедряется. Свободные собрания не начинаются (как, кажется, полагают многие авторы, пишущие на эту тему) с формально организованных ассоциаций. Они не начинаются в Храме Труда. Они не начинаются в братских орденах, кружках чтения, ассоциациях родителей и учителей или в городских ратушах. Эти структуры сами являются результатом первичной привычки к общению, формируемой в третьих местах.

    Продолжение ...

    Веселье без крайностей

    Недавно я разговаривал с практикующим психиатром, который был очень хорошо знаком с проблемой физического насилия в браке. Он сожалел об упадке местных таверн, где, с его точки зрения, мужчины могли «выпустить пар» и не вымещать все на собственных женах. Он был убежден, что значительная часть иррациональной агрессии и насилия мужа, который бьет жену, накапливается из-за отсутствия «предохранительных клапанов», таких как оживленные закусочные, которые когда-то были доступны гораздо большей части населения, чем сегодня.

    Продолжение ...

    Объективное описание?

    Мой прежний опыт рассказов о третьем месте подсказывает, что несколько ключевых моментов относительно третьего места нужно проговорить с предельной четкостью. Я признаю свою пристрастность: я выступаю за третье место; я убежден, что общение внутри него благоприятно для общества и индивидов. Эта пристрастность неизбежно вызывает некоторое количество здорового скептицизма, особенно среди тех, у кого нет своего третьего места. На данный момент родовое описание черт и достоинств третьего места завершено, и теперь настал черед ограничений.

    Продолжение ...

    Дозорные вышки публичного пространства

    В Соединенных Штатах теряется контроль над публичным пространством и искажаются многие из его назначений. Каждый новый «век уединения», как назвал это Грейди Клэй*, — это вопрос сознательной политики, которая уже так же успешно изъяла третьи места из публичного пространства, как когда-то попрошаек, торговок, бродяг, детей, пожилых людей, босяков и бездельников. Это вопрос ключевой важности, и он подробно рассматривается в заключительной части этой книги. Здесь я хотел бы просто указать на важность третьих мест в обеспечении того, чтобы публичное пространство служило для пользы и отдыха порядочных людей.

    Продолжение ...

    Большее благо

    Сидя напротив меня за завтраком в кафе, бывший коллега представлял мне свое первое впечатление о моей работе, посвященной третьему месту. Продолжительное время он с интересом и очевидным одобрением изучал черновик. Внезапно он разразился гневной тирадой. Я был обвинен в пропаганде образа жизни, где массы народа проводят время, болтаясь по кофейням и тавернам, пока вокруг них рассыпаются надежды на лучший мир. Коллега утверждал, что намного лучше было бы посоветовать людям присоединяться к группам политического действия, чем тратить время попусту так, как я описывал. В тот момент я не мог сказать, что именно вызвало его неудовольствие. Он недооценил значение третьего места — и едва ли только он один; поэтому высказанное им возражение заслуживает отдельного ответа.

    Продолжение ...