Бар "Старый мельник". Материально-вещественное описание
Читайте также:
  • Атмосфера Мейн-стрит
  • Облагораживающая естественная среда
  • Стиль жизни


  • Материально-вещественное описание

    Как можно предположить по их феноменальному количеству, уличные кафе — часто скромные в структурном плане помещения, и типичная версия кафе, расположенного по соседству, обслуживает потребности лишь небольшого числа живущих рядом семей. Гениальность этих мест проявляется в том, что при такой скромности структуры они так хорошо обслуживают. «Лё бистро» состоит из наружной зоны и одной или двух внутренних зон; самая важная среди них — терраса, т.е. стоящие на улице столики, стулья и часть тротуара, на которой размещается эта мебель. Там, где тротуары вместительны, область террасы растягивается или сужается согласно с потребностями посетителей. В некоторых наиболее популярных курортных зонах столики террасы могут простираться почти на пятьдесят метров вширь от самого входа в кафе.

    Господство уличной зоны проявляется несколькими способами. Кафе, или бистро, часто называют террасой, и редко какое из них может преуспеть без организации мест для сидения на улице. Если посещать кафе часто, скоро можно заметить, что посетители неравномерно распределяются по территории заведения. Большинство предпочитают сидеть на улице, причем это предпочтение настолько сильно, что даже холод зимних дней не может изменить ситуацию. Прекрасно понимая, что вряд ли посетители перейдут по причине холода внутрь заведения, хозяева (патроны) выставляют у столиков на улице небольшие печки и жаровни или сооружают вокруг столиков стеклянные заграждения.

    Непосредственно внутри строения находится комната с цинком, то есть барным прилавком и конторкой кассира (обычно это жена патрона), где выдается сдача и продаются сигареты, зажигалки, почтовые марки и лотерейные билеты. Столики внутри заведения больше, чем снаружи, а вдоль одной из стен могут располагаться кабинки. Те, кто играет в карты или шахматы, делают это здесь, и подальше от входа. За конторкой или прилавком можно обнаружить несколько ячеек, в которых сортируются письма и другие сообщения для посетителей, использующих бистро для ведения бизнеса и улаживания дел. Старинным телефоном могут пользоваться живущие рядом жители, у которых нет телефона, и часто собирается небольшая очередь из желающих позвонить.

    Может присутствовать и задняя комната, образованная идущими от боковых стен небольшими перегородками. По верху этих перегородок, обычно достаточно низких, чтобы увидеть стоящего внутри человека, идет миниатюрная и чисто декоративная медная ограда. Эта зона — для любовных пар, которые предпочитают сидеть отдельно от толпы. Расчет сделан верно: никто другой обычно не хочет сидеть в глубине помещения, лишенный дружеского общения и превосходного вида на соседскую жизнь, которые доступны снаружи. В моем любимом местечке, хотя все в нем расположено не по канону, лишь перила со стойками и ступенька отделяют любовников от остальной толпы. Они с тем же успехом могли бы быть скрыты глухой стеной, потому что никто не обращает никакого внимания на случайную пару или парочки, которые используют эту зону для интимных бесед и объятий. Французы демонстративны и привычны к открытому выражению любви. Как сообщает Фернандо Диас-Плаха, зрелище обвивающих друг друга любовников не привлекает ничьего внимания; однако «иностранцы, особенно испанцы или итальянцы, останавливаются и смотрят на них в изумлении, и эта реакция настолько необычна, что теперь уже французы останавливаются и смотрят на них».

    Трудно было бы представить более узнаваемое третье место, чем французское бистро. У распространенных третьих мест есть физические черты, которые безошибочно указывают, что именно перед нами; иногда эти черты называют «сигнальными огнями». Так, в американском салуне есть раскачивающиеся в разные стороны двери и латунные плевательницы, в английском пабе — ручки пивных кранов и доски для игры в дартс и так далее. Оснащение, которое позволяет безошибочно распознать бистро, состоит из плетеных уличных стульев, маленьких столиков с мраморной поверхностью (около пятидесяти сантиметров в диаметре, с основанием по центру) и тентом сверху (он может быть свернут или раскрыт, в зависимости от утла и интенсивности падения солнечных лучей). Так как эти ключевые видимые элементы выставлены на улицу, они в равной степени служат приманкой для прохожих и провозглашают идентичность места. Большинство посетителей даже и не входят в само бистро. Занимая предпочитаемое сиденье на улице, посетитель остается в той же мере снаружи, что и внутри.

    Как правило, у бистро нет внешних вывесок с указанием их названия, и по самой уважительной причине: у большинства из них нет названий. Назвать что-нибудь — сделать первый шаг к рекламе, а французы всегда были завидно подозрительны к рекламе и лишь в последние годы разрешили ее на телевидении. Однако основная причина отсутствия у бистро названия состоит всего-навсего в том, что соседскому кафе название и не нужно. Его патрон занял местную нишу и доволен маленьким, но надежным бизнесом. Он мало заинтересован в том, чтобы сделать свое кафе «портом захода» для аутсайдеров. Бистро принадлежит всем, кто живет в окрестностях или оказался рядом. Оно настолько же знакомо своим завсегдатаям, как какая-нибудь комната их квартиры; его безошибочно узнаваемый внешний вид, выставленный на улицу, делает всю необходимую рекламу, которая могла бы потребоваться другому заведению. Безымянное бистро также свидетельствует о сильной преданности его постоянных посетителей. Французы не совершают турне по пабам или барам, как англичане или американцы. У француза есть «свое» место, и он практически полностью им ограничивается. «Свое» место он называет просто «лё бистро», и, когда он говорит жене, что идет в кафе, она точно знает, где его искать.


    ::Следующая страница::