Бар "Старый мельник". Венская кофейня
Читайте также:
  • Конец разнообразия?
  • Обшивка балкона вагонкой
  • Двери со стеклом триплекс


  • Венская кофейня

    Часть венской городской легенды состоит в том, что здесь открылась первая в мире кофейня; этим мифом особенно дорожат, потому что он связан с лучшими для Вены временами австрийской победы над турками в Венской битве*. За одним мифом относительно происхождения кофеен, как я обнаружил, следует другой. Один маститый и международно известный писатель недавно признал, что он верил в венскую версию и распространял ее. Когда его просветили на этот счет, он решил разобраться с датами. Как он объяснял мне, первая в мире кофейня появилась не в Вене в 1684 г., а в Константинополе в 1540 г. Оттуда, как он пояснял далее, это заведение перекочевало в Европу, а уже затем — в Англию.

    Увы, это не конец путаницы, ибо к тому времени, когда в Константинополе в 1540 г. появилась «первая» кофейня, вице-король Саудовской Аравии уже закрыл несколько кофеен в городе Мекке. Неверно и то, что кофейни распространились в Англию из Европы. К тому времени, когда первые подобные заведения появились в материковой Европе, Карл II уже издал воззвание, направленное на уменьшение внушительного количества кофеен, которые обрели в Лондоне широкую популярность за предшествующие два десятилетия. При более внимательном изучении вопроса оказалось бы, что первые кофейни были арабскими и что заваривание бобов кофе, как и подача напитка в публичных заведениях, практикуются вот уже около пяти столетий.

    Однако у венской кофейни имеется несколько отличительных черт, которые делают ей намного больше чести, чем простое первенство в открытии. Она изменилась меньше всего, продержалась дольше всех, и по всему христианскому миру другие кофейни больше всего подражают венской кофейне. Задолго до начала Первой мировой войны в иностранных городах повально начали появляться заведения, называвшие себя «Венскими кафе». Как правило, эти самозванцы стремились нанять официантов с акцентом, подавали кофе в высоких стаканах и называли любой сорт с добавлением молока меланжем*.

    Хотя в Вене есть много кофеен, которые не сохранили блестящий внешний вид своей юности, она все еще справедливо считается «городом позолоченных кафе». В венской кофейне больше строгой элегантности, чем можно найти в большинстве третьих мест других культур. Иначе быть вряд ли могло, ведь, как сказано в туристической брошюре, «у Вены было двадцать столетий, чтобы довести искусство жизни до совершенства». Тогда как другие европейские столицы пожертвовали своими восхитительными стареющими зданиями в пользу безыскусных прямоугольников современных небоскребов со стеклянной кожей, Вена все еще выглядит примерно так же, как во времена Франца Иосифа**. Кажется, что среди великолепия барочной архитектуры и обширных городских парков позолоченным кафе едва ли грозит наступление прогресса, который сегодня меняет лицо значительной части Европы. Вена гордится своей славной историей и остается олицетворением городской жизни. Ее кофейни — самые драгоценные живые напоминания о былой славе, и они продолжают быть значимыми социальными центрами венской жизни.

    В отличие от двухэтажных строений, возвышавшихся над нищетой лондонских улиц, венское кафе расточает свой наибольший шарм на уровне земли. Как и французское бистро, венское кафе обычно выдается на улицу. Если первое может похвастаться террасой, то второе предлагает сад. Основное отличие между ними — физические границы. В бистро обычно невозможно сказать, где именно заканчивается терраса и начинается тротуар, но австрийцы, более склонные к соблюдению частного пространства, огораживают занятую кафе часть тротуара изгородью из горшочных растений или богато украшенной железной оградой. В отличие от Франции, в Вене внутренняя часть заведения более привлекательна и в ней намного больше посетителей, чем снаружи. Венские кофейни всегда были внешне более заметными, чем лондонские; они остаются неотъемлемой частью городского ландшафта — элегантной институцией, которая символизирует городскую жизнь больше, чем любой другой тип заведений.

    Однако превосходство венской кофейни не объясняется одной только элегантностью. Как взбитые сливки, которыми многие австрийцы венчают свой кофе, элегантность приятна, но необязательна, а за неизменную привлекательность венской кофейни отвечают более важные факторы.

    Качество домашней жизни жителей Вены способствует существованию городских кафе. Лишь немногие здесь владеют домами, и подавляющее большинство жителей города всегда жили в квартирах. Таким образом, распространенный тип жилья требует меньше времени на уборку и обслуживание дома и оставляет больше свободного времени занятому населению в часы после работы. Меньшие площадь и удобства квартирной жизни также создают более сильную, чем в других городах, потребность в публичных пространствах, которые предлагали бы неформальное расслабление и общение. Венцы рассчитывают на то, чтобы проводить значительную часть времени в публичном окружении и находить в нем ежедневное удовлетворение.

    В отличие от английских кофеен, австрийские кафе никогда не запрещали вход женщинам. Напротив, кафе представляет собой неотъемлемую, жадно предвосхищаемую часть жизни многих австрийских домохозяек. Каждый день примерно в четыре часа, когда англичане пьют чай у себя в квартирах, венские кофейни наводняются оживленными стайками местных дам. Настает время полдника (Jause) — паузы, посвященной сплетням и потреблению цельного шоколада или пышных тортов, покрытых взбитыми сливками (Schlag) и запиваемых несколькими чашками темного обжаренного кофе. Многие женщины пропускают ланч, чтобы насладиться этой венской версией послеполуденного чаепития. Час, отводимый на мужские сплетни, наступает сразу же после ланча, так что эти две параллельные функции кафе не смешиваются. Посетители-мужчины в изобилии присутствуют во время женского полдника, но конкуренции за стулья нет. Возможно, по какой-то причуде Провидения женщины предпочитают большие столы в центре зала, которые мужчинам так никогда и не приглянулись.


    ::Следующая страница::