Бар "Старый мельник". Размен
Читайте также:
  • Атмосфера Мейн-стрит
  • Стиль жизни
  • К лучшим временам... и местам


  • Размен

    Виктор Грюн пишет о знакомом, который приехал в Америку из родного Неаполя: «На родине, в квартале, где он жил, дома были скромными, а душ едва капал. Однако после принятия душа и одевания он знал, для чего все это делал. Там были места, куда можно пойти, и друзья, которых там можно встретить. В Америке, как он обнаружил, дом комфортнее и душ работает хорошо — но вот куда пойти?..» Этот маленький случай из жизни иллюстрирует важное различие между двумя видами среды, которые Грюн описывает далее. Есть «непосредственная среда», которая окружает каждого из нас по отдельности, а есть намного более обширная среда — публичная, общая для всех. Хотя средний американец может похвастаться лучшей непосредственной, или индивидуальной, средой, чем люди в большинстве стран мира, низкое качество нашей публичной среды, по выражению Грюна, «вызывает беспокойство».

    Американцы совершили разворот почти на сто восемьдесят градусов. От образа города, который являлся бы пространственным воплощением демократии, народное воображение сместилось в сторону частного дома. Долорес Хейден, архитектор и городской планировщик, определила этот переход следующим образом: «Дом мечты занял место идеального города в качестве пространственного образа американских чаяний хорошей жизни». Это был переход от надежды на коллективную хорошую жизнь к индивидуальной погоне за ней. Если «идеальный город» должен был стать лекарством от социальных бед, то «дом мечты» — это, очевидно, побег от них.

    Хейден приводит доказательства произошедших перемен. Начиная с 1950-х гг. наш дом мечты становился все больше и больше в размерах, пока американцы не «получили самое большое количество частного домашнего пространства на человека, когда-либо доступное в истории городской цивилизации». В более чем девяноста процентах американских домов на одну комнату приходится один человек или меньше. Обычно — меньше, поскольку один свежий справочник сообщает следующее:

    В типичном американском доме на каждого человека приходится две комнаты. Получается, у нас самое просторное жилье в мире. Для сравнения, в среднем израильском доме проживает в три раза больше людей, так что на каждую комнату приходится полтора человека.

    Пока дома обзаводились просторными хозяйскими спальнями с огромными кроватями и кухнями с ресторанным оборудованием, покрытыми плиткой ванными и двориками-патио с газифицированными решетками для барбекю, публичная среда потеряла большинство своих благ, которые раньше создавали комфорт и развлечение всем и каждому. Лишь немногие старожилы сегодня могут сказать, где стояли концертные эстрады и проходили бесплатные концерты; где на набережной когда-то стояли павильоны; где горожане когда-то собирались, чтобы вместе попеть рождественские гимны вокруг красивой ели. Мы разменяли свой интерес к публичному пространству на более ограничивающую и личную заботу о лучшем доме и саде.

    Образовавшаяся в результате запущенность публичной среды более чем очевидна. Питер Блейк опубликовал фотоэссе об общественном городском пространстве в Америке и назвал его соответствующим образом — «Свалка Господа Бога». Размышляя о том, куда нас уже завел американский эксперимент, Иэн Макхарг пишет, что, «хотя Мэдисон, Джефферсон, Гамильтон и Вашингтон* могли бы гордиться многими из наших институций, они, вероятно, отпрянули бы в ужасе, увидев, как выглядит земля свободных». Наши любимые живописные фотографии американских городов — те, что сделаны с большого расстояния и, как правило, ночью. В безоблачный день мы предпочитаем смотреть на городские очертания, ночью — на сияние огней. Но если приблизиться, то мы увидим картины, сошедшие со страниц учебников по городским социальным проблемам.

    Отталкивающие зрительные образы — всего лишь часть глубоко укоренившегося негативного имиджа наших городов. Слово «улица», обозначающее самое публичное из всех мест, служит основой расширяющегося и все более неприятного словаря. В Америке слово «улица» (the street) обозначает обширные сети людей, занимающихся нелегальной деятельностью в нездоровых, развращенных и слабо регулируемых условиях публичного пространства. «Наученный улицей» Сstreetwise) говорят о том, кто приобрел способность выживать во враждебной и жестокой городской среде. По «уличной цене» (street value) наркотики, разрушающие жизнь, стоят дорого, а сама жизнь — дешево. Сбившиеся с пути души, возможно, уже не надо вырывать из когтей Сатаны в нашем секулярном обществе, но их обязательно нужно спасти от «улицы». Задумайтесь, какая молодежная программа или развлечение в Америке не обещает «оградить детей от улицы»?

    Размен публичной сферы на частные убежища от нее был подготовлен в рамках того курса, который взяла американская экономика. С начала XX в. промышленность в мирное время производила больше, чем потребляла нация. Правительство

    и промышленность стремились поднять уровень потребления среди американцев. И администрация Гувера*, и бурно растущая индустрия рекламы усматривали долговременное преимущество в том, чтобы максимизировать число молодых пар, которые жили бы в домах на одну семью и заполняли их продукцией американских производителей.

    К середине века американцы стали переезжать в районы, лишенные тротуаров, общественных центров и магазинов на углу. Укомплектованные сверх ожиданий дома в массовых масштабах производились в «недоукомплектованных» районах. Развлечения и удобства, которые раньше были доступны только в публичном пространстве и для общего пользования граждан, стали объектами частного потребления и использования. Они включали в себя: плавательные бассейны, бильярдные столы, гриль для пикника, алкогольные бары, киноэкран и звук высокого качества и даже теннисные корты. Раньше общие формы развлечения и отдыха собирали людей вместе. Совместное развлечение было полезно сообществу, но неприбыльно для экономики. Даже самый плохой начинающий арифметик смог бы понять, что если каждая семья будет стремиться иметь то, что раньше для всех обеспечивало сообщество, то в целом люди будут тратить больше денег.


    ::Следующая страница::