Читайте также
Натяжные потолки в смоленске
Потребительский кредит онлайн

Узловой пункт

(2)

Конечно, кафе-мороженое «У Бертрама» также признавало и смешение полов. Это было деловое место, где девочкам разрешалось «околачиваться». Действительно, кафе-мороженое давало все описанное, а также подсказывало, как должно быть организовано молодежное третье место. Некоторое время назад на одном из праздничных собраний нашего семейного «клана» один мой родственник описывал проблемы подростков в его поселении. Данное поселение выросло вокруг новой технологии добычи полезных ископаемых, и там не было, как в других городах, освященных традицией мест, где дети могли бы проводить время. Родственник жаловался, что молодежь у них в сообществе — «кучка неблагодарных»: они не оценили недавно построенное для них специальное место для тусовок.

Выслушав его жалобы, я задал два вопроса: было ли это место «воткнуто» прямо в центр города — там, где кипит вся жизнь? ходят ли туда также взрослые? Ответ на оба вопроса был отрицательным. Это место предназначалось «специально для подростков», и никто не хотел, чтобы оно располагалось в центре городка. Как и во многих других случаях сегодня, когда дело касается самых пожилых или молодых граждан, их часто хотят оттеснить в сторону. Пожилые воспринимают свою участь с достоинством. Однако молодежь возмущается тем, что сообщество незаслуженно отправляет ее на задворки, и у них есть свои способы показать это.

Даже после того как подростки Ривер-Парка становились достаточно взрослыми, чтобы непринужденно посещать в одиночку слабоалкогольные бары*, они никогда не бросали аптеку окончательно. Она никогда не была местом только для детей младшего возраста. В летние месяцы на ее широких ступенях из касотского известняка гирляндами сидели мальчишки, которые оставляли незанятым только пространство, которое позволяло посетителю войти внутрь. Сидя у входа, подростки отпускали грубые шутки, наблюдали, кто заходит, а кто выходит, и ждали возможности прокатиться с кем-нибудь из ребят, кто смог взять машину у родителей. Внутри аптеки им разрешалось читать комиксы, не покупая их, вырезать свои инициалы в деревянных кабинках и «проявлять себя» в разумных пределах. Владелец магазина здраво рассудил, что выручка за мелочи, покупаемые подростками, учитывая их значительный и постоянный наплыв, оправдывала небольшой наносимый ими ущерб. Для детей заведение «У Бертрама» было сердцем сообщества.

Взрослые никогда не жаловались на присутствие детей. «Бертрам» принадлежал всем. Его кафе-мороженое интенсивно использовалось и взрослыми, которые сидели бок о бок с молодежью и не предпринимали каких-либо попыток отгородить для себя специальное место. Многие из взрослых избегали питейных заведений, хотя в таких местах подавали еду и предлагали только «легкое» пиво в 3,2% алкоголя по весу**. Фермеры особенно болезненно относились к питейным заведениям; в субботу вечером некоторые из них снимали собственный запрет на употребление алкоголя, хотя далеко не все. Они сражались со стереотипом «салунного фермера». Справедливо отмечалось, что те местные фермеры, которые проводили в салунах значительную часть времени, первыми становились в очередь на компенсацию убытков, когда местная река выходила из берегов. Поскольку большинство их тех, кто приезжал в городок с фермы, и тех, кто жил в самом городке, презрительно относились к питейным заведениям, прилавок с газировкой в аптекарском магазине и являлся «баром без спиртного».


<-Предыдущая страница..