Читайте также
Проверенные капперы
Установка кондиционеров для дома

Конец разнообразия?

Третьи места процветают лучше всего там, где жизнь сообщества идет расслабленно, где пешком можно добраться до большего количества мест, чем на машине, и где привлекательное разнообразие района снижает зависимость людей от телевизора. В такой среде обитания улица — это продолжение дома. Привязанность к местности и «чувство места», с которым она связана, растут по мере того, как человек пешком открывает их для себя. В таких местах родители и их дети ходят свободно. Улицы не только безопасны — они приглашают к человеческому общению.

Не многие из нас гуляют по окрестностям так же свободно или с таким же комфортом, как делали наши деды. Перед многими домами нет даже тротуара. Предполагается, что люди появляются и удаляются в частном пространстве автомобилей. Передвигаясь таким образом, люди пересекают жилую среду, даже не становясь ее частью. В результате образуется жилая среда, враждебная любым контактам между теми, у кого есть потенциал стать если не лучшими, то по крайней мере самыми доступными друг для друга друзьями. В городском планировании древнекитайская мудрость о том, что друг в той же деревне стоит сотни друзей в столице, не имеет большой ценности. Однажды, мучимый любопытством, я навел справки в управлении городского планирования о том, сколько процентов частных домов в нашем районе не имеют тротуара. Мне ответили, что не знают. Это не считалось важным. От нас ожидается, что мы не будем свободно бродить, как в прошлом, а будем совершать более «стратегические», спланированные путешествия, причем все — в автомобиле.

В увлекательном социологическом эссе под названием «Общество бройлерных домиков» Патрик Голдринг прослеживает современную историю цыплят. Раньше эти создания могли свободно бегать по двору фермы, клевать и ковыряться в земле там и тогда, где и когда им было угодно. Более того, цыплята соприкасались с миром природы, днем и ночью, в любое время года, в теплую и холодную погоду. Можно было бы сказать, что птички пользовались «цыплячьими правами», главным из которых было право свободно гулять по своей территории. Ситуация изменилась. Большая часть цыплят сегодня появляются на свет и живут под большим контролем. Их «день» и «ночь» искусственно контролируются и ускоряются с помощью света различных оттенков; самим птицам оставлен сущий минимум физических движений. Питаются цыплята кормовой смесью без вкуса и запаха.

Британия, заявляет Голдринг, становится такой же средой для человека. Человек из бройлерного домика, питающийся едой без вкуса и запаха, живет жизнью, в которой больше организованности, но которая теряет свои свойства так же, как и его еда. Но самое главное — ограничивается свободное перемещение людей. Как утверждает Голдринг, мы далеко продвинулись по пути к такому стилю жизни, где жить мы будем в одной маленькой клетке, связанной с другой маленькой клеткой, в которой будем работать, перемещаясь между ними в еще одной маленькой клетке. Что касается домашней клетки, то Голдринг предполагает следующее:

Дом англичанина сегодня уже не крепость. Это — яркое, комбинированное гнездо-клетка с центральным отоплением и крутящимся колесом для упражнений. Телевизионная система для всей семьи заменяет переполненный кинотеатр; бутылка пива из магазина — поход в паб; дискуссия в телевизоре — обсуждение в пабе. Меблировка и украшение дома превратились во всепоглощающее увлечение всей нации, тогда как архитектура публичных зданий деградировала до бесформенной скукотищи.

Голдринг подчеркивает большой вклад телевидения в создание «общества бройлерных домиков». Телевидение почти из каждого делает затворника; оно делает заключение в домашней клетке терпимым. Для этого оно, конечно, должно предоставлять больше, чем просто развлечение. Теперь оно не только искусство, но также и советчик и наставник. Телевидение приносит в дом всю остальную жизнь. «Не выходи из комнаты, не живи своей жизнью, — говорят телевизионные гуру. — Просто оставайся в своей оболочке, в комфортной домашней обстановке, а всю остальную жизнь мы тебе покажем».

Но люди — не цыплята. Никто в белом лабораторном халате не может повернуть ключ в замках домашних клеток людей и запереть их. Однако человеческое общество бройлерных домиков и не основывается на замках и ключах. Оно основывается на менеджменте. Роль менеджеров заключается именно в том, чтобы убеждать людей, будто сужение жизни — это то, чего они на самом деле хотят, что это в их же интересах и что уже давно пора понять это. Многие в Штатах, как и в Британии, по-видимому, уже так и поступили.

Если воспринимать текст Голдринга серьезно (а в нем, конечно, достаточно указаний на то, чтобы этого не делать), тогда такие факторы, как высокий уровень преступности, порочность и фрагментированность наших городов, начинают вписываться в общую картину. Подобные условия служат тому, чтобы убедить людей, что дом — это место, где нужно проводить большую часть жизни, и что снаружи, «в джунглях», не так много всего полезного или интересного человеку. И когда полиция закрывает на ночь очередной парк, потому что кто-то из бродящих в парке не подчиняется указаниям охранников, это кажется правильным. Если дом и работа занимают все имеющееся время, тогда, конечно, в третьих местах потребности не будет, а их отсутствие станет еще одной чертой общества бройлерных домиков.